Любовь к жизни и любовь к труду




Кугар Меграновна Базаркина приехала во Всеволожск из солнечного Краснодарского края больше 55 лет назад. И с тех пор ее жизнь неразрывно связана с городом. Бойкая студентка Всеволожского агропромышленного техникума быстро привлекла внимание тогдашнего директора своей энергичностью и трудолюбием, а потому после окончания учебы ей предложили остаться в техникуме уже в качестве сотрудника.

Врожденная смелость, открытость и неуемная энергия Кугар Меграновны позволили ей совмещать все: работу в комсомоле, профессиональную деятельность, семью, работу в избирательных комиссиях и активное участие в общественно-политической жизни города и района. За такую жизненную позицию, трудолюбие и огромный вклад в развитие Всеволожска, Всеволожского района и Ленинградской области Кугар Меграновна Базаркина награждена медалью «Ветеран труда», ей присвоено звание почетного жителя г. Всеволожска, она также неоднократно отмечалась благодарностями, почетными грамотами и почетными дипломами разных уровней. И сегодня, несмотря на элегантный возраст, она продолжает оставаться такой же, какой была тогда, когда впервые приехала на всеволожскую землю. А ведь секрет ее энергичности прост – любовь к жизни. Об этом и не только мы поговорили с Кугар Меграновной накануне ее дня рождения.

 

Как давно вы живете во Всеволожске?

Я приехала сюда в 1966 году из Краснодарского края, из поселка Новомихайловского, где расположен детский лагерь «Орлёнок». Помню, приехала поступать в институт им. Герцена, но по конкурсу не прошла. Тогда мне рассказали про техникум во Всеволожске, и я приехала сюда. Так и осталась в техникуме, и понеслась жизнь моя бурная. Выбрали комсоргом группы, потом, когда в 1968 году я окончила учебу, директор вызвал меня и сказал, что по направлению я не поеду работать, потому что ему нравится мой характер. Он предложил мне работу в техникуме. Я ответила: «Ура!» А по направлению мне надо было ехать куда­-то в Подпорожье. Так я осталась во Всеволожске. Директор решил, что я буду секретарем комсомольской организации техникума, и на отчетной конференции я получила эту должность. Номенклатура была двойная: и техникума, и горкома комсомола. Но работала я, конечно, на своих любимых преподавателей, а техникум стал мне родным домом.

А что было потом?

Один год до замужества я поработала на заводе на комсомольской работе. А затем вышла замуж и переехала в Дубровку. И после декрета попала на хозяйственную работу, хотя меня очень уговаривали остаться на комсомоле.

 

Как это произошло?

Я пришла в поселковый совет, а там мой знакомый работал. Когда я сказала, что мне нужна работа, он предложил должность заведующей Домом быта в Дубровке. Мне пришлось отказаться. Ведь я экономист по образованию, комсомольский работник, бытовая сфера очень далеко от меня. Но он убедил меня в обратном. И привел в пример, как я защищала своих подопечных. Когда я работала в комсомоле, меня вызвали на заседание бюро райкома комсомола из-­за техникумовских ребят. Была уборка овощей на полях Всеволожского совхоза, и фронт работ не был подготовлен – морковку не подрыли трактором, чтоб ее легче дергать. Было холодно, и ребята разожгли костер из сломанных ящиков. А в это время с проверкой пришла комиссия. Они посчитали, что это хулиганство, начали ругаться и предлагать сдать ребят в милицию. А я встала и говорю: «Кого в милицию? Ребят этих? Вот приведите своих детей сюда поработать пару часов, а потом я их в холодное общежитие заберу. И я посмотрю, как это будет выглядеть. Вместо того, чтобы организовать работу, вы хотите ребят в милицию забрать». Члены комиссии выяснили, что я секретарь комсомольской организации этого учебного заведения, после чего меня вызвали на заседание бюро и начали отчитывать. Я назвала их крысами бюрошными, после чего хлопнула дверью и ушла.

 

А боевой характер вам помогал или мешал?

Помогал еще как! Я никогда не боялась говорить правду. Кроме того, мне повезло по жизни, потому что в дальнейшем я сталкивалась по работе с теми людьми, с которыми была в комсомоле. Это помогало мне. Я знала, как с ними можно разговаривать, как себя вести. И эти отношения между нами сохранились до сих пор.

 

Вы косвенно приложили руку к строительству «Орлёнка»…

Пионерлагерь «Орлёнок» начал строиться в 1961 году. Это была великая стройка! А нам, пионерам, поручали мелкую работу. Мы с удовольствием ею занимались: выносили мелкий мусор, таскали что­-то, убирали, мыли плитку… Это все было как в сказке, как во сне! В нас было столько энтузиазма от того, что нас туда пускают. А после нас поощрили, дали разрешение кататься на аттракционах, которые были в лагере. Затем, когда построили пирс, нашей школе разрешили проводить там выпускные вечера. Представляете, как красиво это было: пирс уходит далеко в море, темная ночь, фонари, а мы в вечерних платьях гуляем. Это было так здорово! И мы дружили с пионерами из «Орлёнка». Первые годы они учились в нашей школе, пока у них не было своей. А затем, когда какие-­то хулиганы в нашей школе разлили ртуть, дети нашей школы учились в «Орлёнке». То есть у нас был постоянный тесный контакт между детьми. Приятно было приходить туда, тем более, что нас пропускали. И мы смотрели немного с завистью, но в то же время с гордостью на то, как вышагивали наши пионеры­-орлята в униформе.

А вы сами отдыхали в «Орлёнке»?

Лично мне не хотелось быть лагерчонком. Я привыкла к свободе. Зачем мне в «Орлёнок», если я сколько хочу, столько и купаюсь в море. Но я была отрядной вожатой, и очень любила выезжать туда со своими пионерами.

 

Вам нравилась эта работа?

Меня воспринимали как девчонку, хотя на самом деле по возрасту я была достаточно взрослая. Кроме того, мы после 10 класса были намного старше. Того, что дают последние два класса школы, ничто не дает – становление личности. По крайней мере, в советские годы это было именно так. И я всегда любила работать с детьми, как-­то это очень хорошо у меня получалось. Я могла собрать ребят в комитете комсомола и нормально с ними общаться.

 

А какими были всеволожские пионеры?

Занималась комсомольской работой и с пионерами почти не сталкивалась, но могу сказать, что они были активными. У нас в школах были очень хорошие пионервожатые, которые могли подвигнуть своих ребят на что угодно. И Дом пионеров хорошо работал, и слеты проводились, и уборку урожая организовывали. Ребята были неугомонные.

 

Сказалось ли это на дальнейшем развитии нашего города?

Многие пионервожатые потом стали школьными учителями. Они давали детям не только знания, но и моральное воспитание. Тем самым каждый внес свою лепту в развитие Всеволожска. Когда я приехала сюда, здесь был только Всеволожский проспект с деревянными домиками, это потом уже город разросся. И здесь остались именно те люди, которые по­-настоящему ратовали за Всеволожск и работали для его развития.

Вы помните тот день, когда вас приняли в пионеры?

Да, я очень гордилась этим. Меня приняли в пионеры во втором классе, хотя я не отличалась поведением. А с третьего класса началась активная пионерская работа. Я любила всё это. Позднее, когда я перешла в комсомол, я стала отрядной вожатой. Кроме того, я была еще в отряде юных дзержинцев – еще и там надо было успевать.

 

На ваш взгляд, что давало пионерское движение детям?

Во-­первых, оно давало воспитание чувства ответственности. Когда ребята становились постарше, оно давало воспитание патриотизма, гордости за свою школу, за свой поселок. Учило уважению друг к другу, к старшим. Эта пионерская семья держала дисциплину в школе.

 

Насколько тогдашняя и нынешняя молодежь различается?

Трудно сказать, чем отличается нынешняя молодежь. Понимаете, уровень развития совершенно другой. Мы были другими, у нас было иное мировоззрение. Я не скажу, что у нас плохая молодежь. Она просто другая. Но самое главное, что наша молодежь все равно хочет искренности от старших. И если мы могли проглотить что-­то, нас могли придавить, то сегодняшняя молодежь так не сделает. Если они не согласны с чем-­то, если это неправдиво, то молодежь будет об этом говорить.

 

Возможно, молодым людям нужно организованное движение?

Должно быть единое молодежное движение, особенно в создавшейся сегодня ситуации. Потому что иначе слова «патриотизм» и «любовь к родине» останутся только словами. Детьми надо заниматься. Потому что с детства прививается патриотизм. Я считаю, что как бы ни было, патриотизм прививается с детства. И нужна идеология в хорошем понимании этого слова. Без идеологии невозможно построить жизнь. И в молодежной среде она должна быть построена на любви к родине, любви к школьным делам, любви к родителям.

 

Какое наставление вы бы дали современным молодым людям?

Быть настоящими людьми, честными. Быть самими собой и не пытаться обмануть рядом сидящего, рядом работающего. Придерживаться чувства долга перед другом. Это самое главное чувство. Любить то место, где родились и живете. И прежде чем критиковать всё и всех вокруг, попытаться исправить что­-нибудь самостоятельно. А главное – любить жизнь. Я всегда говорю, что надо любить жизнь. Это мое кредо. А любить жизнь – значит бороться за нее, не опускать руки и не ходить ныть, что тебе кто-­то что-­то должен. Ты сам строишь свою жизнь. По­-другому просто быть не может.

Беседовала Анастасия Максимова



 
 КОНТАКТЫ РЕДАКЦИИ
  • Тел.: 8 (81370) 25-900, +7(965)797-58-25
  • E-mail: 5788499@mail.ru
  • Адрес редакции газеты: 188640 г. Всеволожск, ул. Сергиевская дом 122 (схема проезда)



Газета «Всеволожск Городская жизнь» © 2013-2022.      Разработка сайта - artel.spb.ru   Карта сайта