Днём 15 октября к въезду на Ржевский полигон, что на Дороге Жизни во Всеволожском районе, подтянулась необычная кавалькада – колонна иномарок, пяток автобусов, а замыкали странное шествие десятка три байкеров на внушительных мотоциклах. Некоторые везли цветы.
Все они собрались вспомнить жертвы репрессий. На территории военного урочища есть любопытный топоним – Койранкангас. В переводе на русский язык – Собачья Пустошь. Среди историков оно известно как место массовых расстрелов. Там с конца 20х годов прошлого века приводили в исполнение смертные приговоры. Официально раскопки там не проводятся – режимный объект. Может, поэтому массовый молебен, в котором приняли участие не меньше двух сотен людей, в прессе не афишировали.
Оказалось, что место массовых казней находится в пятнадцати километрах от въезда на полигон. К поросшим лесом полянам ведёт разбитая дорога, на которой вряд ли разъедутся две машины. Вероятно, самые старые деревья, растущие по обочинам, ещё помнят колонны с обречёнными, которые въезжали со стороны Ленинграда. Сейчас местные пейзажи могли бы казаться умиротворяющими, если бы не таблички «Стой. Стреляют. Проход и проезд запрещён». По преданию, место для братских могил выбирали практично – песчаный грунт, чтобы легче копать, и удалённость от жилья, чтобы меньше людей слышали выстрелы.
В ожидании начала памятной церемонии журналист пообщался с её участниками. Большинство из них оказались прихожанами церквей Всеволожского района. Многие приехали семьями. Особый интерес вызывали представители байкерского сообщества – крепкие мужики в кожаных жилетах. У одних на спинах красовались скелеты, у других видоизменённый знак «Гвардия», третьи отметили себя крестом. Стало быть, «Хулиганы», «Штрафбат» и «Ост». Они честно признались, что приехали на полигон вслед за протоиереем Вячеславом Хариновым – байкером и духовником. Он является одним из идеологов раскопок на Ржевском полигоне.
Заручившись поддержкой епархии и пониманием командиров местной воинской части, священник организовал ежегодный день памяти. Как правило, он проходит осенью и состоит из двух частей. Первая – торжественнопоминальная – молебен и короткая лекция. На ней историки и духовенство рассказывают про репрессии в целом и про урочище Койранкангас в частности.
Вторая заключается в исследованиях, которые на месте проводят поисковики. Они с помощью щупов и металлоискателей отыскивают братские могилы, делают шурфы и отмечают захоронение на специальной карте. Как рассказал журналисту сам протоиерей Харинов, работы проводятся именно осенью, так как зелень чахнет, корневая система слабеет, и на земле обнажаются небольшие овраги. То, что на месте, где хоронят человека, земля проседает – известный факт.
В шурфах видны перемешанные кости. Черепа, как правило, повреждены. Есть такие, где угадываются пулевые отверстия.
«Все найденные захоронения вносятся в специальные документы. Мы смотрим на них скорее археологически. Это режимный объект и у нас нет возможности провести перезахоронение. Так как личности убитых – а скорее всего, их несколько тысяч – неизвестны, это требует присутствия следователя и соблюдения определённых процедур, это пока невозможно», – вздыхает священник.
По его мнению, годы Ржевского полигона сочтены. Огромный участок на окраине мегаполиса будет застроен. «Не важно, дачи это будут или большое жильё. Уверен, никто не захочет жить на костях. Важно, чтобы люди знали о том, что здесь происходило. Может, когда начнётся стройка, здесь проведут полноценные раскопки и откроют мемориал», – предположил отец Вячеслав.
Он похож не только на верующего, но и на думающего: в словах ни намёка на фанатизм, а его пенсне могло прекрасно смотреться на Чехове. В одной из могил на глазах десятков людей подняли пули и гильзы от нагана. Следом из земли извлекли серебристую крышку. Поисковик признал в ней довоенную закупорку для водки с Ленинградского завода. Если она легла с костями в день расстрела, то, скорее, водку пили исполнители. Это тоже известный факт, алкоголь помогал не сойти с ума. Находки отправят в специальный музей. «У нас там уже есть крест и пуля, которые нашли в похожей могиле», – начал рассказывать духовник и байкер, но его прервали.
– На что вы надеетесь? – не без вызова спросила какаято женщина.
– Что нас однажды не расстреляют за то, что мы здесь делаем, – без улыбки ответил священник. И добавил поанглийски с хорошим произношением: «History will teach us nothing» (История ничему нас не научит).
Действительно. Британский музыкант Стинг уже спел об этом.