С тех страшных дней минул уже семьдесят один год, время выветрило воспоминания о сотнях и тысячах судеб, совершенно разных, но сплетённых воедино одним коротким, ёмким словом – война. И, несмотря на все наши попытки сохранить историю тех лет, очень многое оказывается забыто и потеряно. Однако в жизни до сих пор есть место счастливым случайностям, когда находятся люди, не требующие ничего, кроме возможности сохранить частичку памяти, словно крохотный элемент гигантской мозаики. Сохранить и передать его потомкам. Об одном таком человеке как раз и пойдёт сегодня речь.
Эта история берёт своё начало значительно раньше – в далёком и спокойном 1930 году, когда ни о какой войне и думать не думали. Время до войны Татьяна Васильевна называет одним из наиболее счастливых и говорит, что первые десять лет детства промелькнули «как радостный сон». Однако жизнь сложилась так, что они же оказались и последними: 22 июня 1941 года детство кончилось. Оттого ещё ценнее и радостней последние «мирные» воспоминания: «Мы жили на правом берегу Невы, в месте, которое называлось «Островки», - рассказывает Татьяна Васильевна. - Какое это было чудесное место! Рыбный завод, детские лагеря и военная часть.
Мама каждый год работала в пионерском лагере. И вот в одно такое утро мы после купания в реке, как всегда, бежим к будке часового – там должен был дежурить наш знакомый дядя Костя, ветеран войны с финнами, истории о которой так все любили. Но его не было, и как мы узнали позже, началась война и дядю Костю призвали в армию. Так всё и закончилось». Немцы закрепились на противоположном – левом – берегу Невы, и сразу начались обстрелы. За несколько дней маленькая Таня и её семья превратились в беженцев и были вынуждены спешно покинуть дом. Медленно ползли по пыльной дороге согнанные с родных мест люди, под палящим солнцем, нагруженные поклажей до отказа.
На фото: Татьяна Васильевна Иванова
Первые месяцы после начала войны пришлось жить в лесу - ютиться в землянках. Всех взрослых забрали на фронт или оборонные работы по укреплению обороны осаждённого города. Однако и дети вносили посильный вклад в общее дело – наблюдали за воздушными боями, докладывая взрослым о сбитых самолётах, собирали немецкие листовки с призывами сдаваться и закапывали их тут же, в воронках. О доме и родных «Островках» вестей не было, и оставалось только гадать, как далеко продвинулись немцы и какой урон успели нанести. Правда открылась через несколько дней после начала войны, когда старшие брат и сестра Татьяны предприняли вылазку домой, чтобы…забрать любимую кошку, оставленную в спешке. Но единственное, что им удалось найти – пепелище, выжженное артобстрелами и ожесточёнными боями. Дома больше не было, вместо него - холодная и сырая землянка, изнуряющие работы и голод. С наступлением осени и первых холодов становилось всё труднее в семье Ивановых. В поисках съестного то и дело заглядывали дети, ничего не евшие по два-три дня. Это было страшное и тревожное время. Впереди маячила первая военная зима, а с ней – новые испытания и лишения.
Страшную зиму 1941-1942 годов Татьяна Васильевна вспоминает с дрожью в голосе, говоря, что картины тех страшных месяцев до сих пор «стоят перед глазами». Тёмные и холодные дни, наполненные голодом и бесконечным ужасом. Наиболее трагическим оказался февраль, когда сначала на оборонных работах умер отец, а потом пожар в землянке унёс жизни старших брата и сестры. Теперь от когда-то большой и дружной семьи осталось всего три человека. Мама всё время пропадала на работе, и ходить за едой, выдаваемой по карточкам, приходилось Татьяне. К тому моменту голод уже был настолько силён, что истощённые, доведённые до отчаяния люди были готовы убить за скудный паёк, стали происходить нападения, участились случаи людоедства. Поэтому даже простой поход за едой становился рискованным и опасным делом, однажды едва не стоившим маленькой Тане жизни.
Это произошло тем же злосчастным февралём, девочка возвращалась с едой обратно в землянку, когда на неё напали. «Двоё мальчишек ждали меня, спрятавшись за штабелями брёвен, которые рабочие заготавливали по ночам, - вспоминает Татьяна Васильевна. - Они накинулись на меня, вырвали бидончик с маслом и стали колоть ножами, пока я не потеряла сознание». Таню спасло ватное пальто, одетое поверх первого такого же, оно защитило от ножей и потом уберегло от замерзания, когда нападающие бросили жертву умирать. Однако судьбе было угодно, чтобы девочка уцелела: во время вечернего обхода её обнаружил лесник, чем и спас Татьяне жизнь. Стоит отметить, что злоумышленников потом поймали и наказали, а семью Васильевых переселили в более комфортные условия – в деревню Мяглово рядом с Колтушами, но трагедии и испытания на этом ещё не закончились.
Летом от истощения умерла мама, Таня с младшим братом остались одни. Детей тут же отправили во всеволожский детский дом, куда свозили сирот со всего района. Затем эвакуация до Ладоги и оттуда – на Большую землю. Всё это под непрекращающимися бомбёжками и артобстрелами. Ослабших, больных, умирающих от истощения и недоедания детей перевозили сперва по железной дороге в «теплушках», потом - переправляли на катерах через Ладожское озеро. Оставшиеся военные годы (1942-1945) Татьяна Васильевна вместе с братом провела в детдоме в посёлке Санчурск Кировской области. Там она встретила Победу и окончила школу-семилетку, а потом отправилась в Ленинград, поступила ЛПУ №3, где обучалась профессии педагога и которое с успехом окончила в 1950 году. Из города на Неве молодую учительницу по распределению отправили работать в Курганскую область. В 1954 году она вернулась в Ленинградскую область, получила жильё в городе Зеленогорске и вновь посвятила себе педагогической деятельности, которой отдала в итоге почти сорок лет.
На фото: рукописи Татьяны Васильевны
Помимо богатой образовательной практики, Татьяна Васильевна написала и издала множество статей, посвящённых войне, также её авторству принадлежит две книги о годах военного детства. Некоторые дневники и записи блокадницы в качестве экспонатов переданы в музей «Невский пятачок» в Невской Дубровке. Свои воспоминания она хранит бережно, хотя распространяться о них особо не любит – слишком уж травмирующими оказались переживания тех страшных дней, даже столько десятилетий спустя. Однако очень охотно Татьяна Васильевна рассказывает о людях, которым, как она говорит, обязана жизнью и которые спасали и помогали ей на протяжении стольких лет. «Я до конца жизни останусь им благодарна, тем настоящим людям, тем героям, благодаря которым мы с братом остались живы. Многое чего пришлось перенести. Каждый прожитый день для меня был маленькой победой, и эти победы стали гордостью моей жизни!».
А вот домой, в Островки, она так и не вернулась «Примерно через двадцать лет после войны брат предложил на катере навестить родные места. Вместо старой знакомой пристани мы нашли причал, никакого высокого берега больше не было. И наших Островков, нашей Кузьминки - тоже».
Момент передачи архивных материалов в музей
На фото: Анна Кверель, гл. редактор газеты «Всеволожск Городская
жизнь» и Александр Осипов, директор музея «Невский пятачок»
Война перекраивает страны, ломает судьбы и перемалывает миллионы жизней, оставляя обугленные дыры в памяти выживших. Время же стирает последние следы и голоса тех, кто в страшные годы войны боролся и умирал. Однако благодаря таким людям, как Татьяна Васильевна Иванова, о них останется память. И ни время, ни чёрствые и равнодушные потомки уже не сотрут ни имена людей, ни очертания давно потерянных, уничтоженных мест. Ведь именно стараниями таких людей, как эта девочка с правого берега Невы, пережившая, видевшая и выстрадавшая все ужасы войны, хранится память. И ничто не будет забыто, никто не будет забыт!